Почему банки Казахстана теряют прибыль

Коротко, за 30 секунд

Банки Казахстана отчитались за первое полугодие 2026 года. И случилась странная штука.

Они выдали больше кредитов, чем год назад. Собрали больше вкладов. Стали крупнее по всем меркам. И при этом заработали на 13% меньше.

Так не бывает случайно. Если бизнес работает больше, а зарабатывает меньше — значит, ему поменяли правила игры. Именно это и произошло. И в этой статье я объясняю, что конкретно поменяли, кто от этого пострадал больше всех, а кто наоборот выиграл.

Четыре причины, если совсем коротко

Дальше разберу каждую причину по отдельности. Но сначала — короткое отступление, без которого остальное не сложится.

Как банк вообще зарабатывает

Самое полезное, что можно понять про банк: это обычный магазин. Только торгует он не хлебом, а деньгами.

Схема простая до неприличия. Банк покупает деньги у вас — когда вы кладёте вклад, вы фактически продаёте банку свои деньги в аренду, а он платит вам процент. Потом банк продаёт эти же деньги дороже — выдаёт их другому человеку как кредит. Разница между «купил» и «продал» — его заработок.

Отсюда сразу видно, что может пойти не так. Всего три вещи: подорожала закупка, пришлось снизить цену на полке, или товар не вернули вообще. В 2026 году с банками Казахстана произошло первое и третье одновременно — плюс государство увеличило свою долю с каждой продажи.

Причина 1: деньги для банков подорожали

В стране есть оптовая цена денег — её назначает Нацбанк, и называется она базовой ставкой. От неё пляшут вообще все ставки: и по вкладам, и по кредитам.

Нацбанк поднимает ставку, когда разгоняется инфляция. Логика такая: дорогие деньги — люди меньше берут в долг и больше несут на вклады — меньше тратят — цены перестают лететь вверх. Работает грубо, зато работает.

Инфляция в Казахстане разогналась до 12,9% осенью 2025 года. Нацбанк догонял её ставкой весь год и в октябре поднял до 18% — и продержал там восемь месяцев подряд.

Теперь вернёмся к магазину. Восемь месяцев подряд закупка стоила максимально дорого. Вкладчики переоформили вклады под новые высокие проценты почти сразу — это же выгодно, кто откажется. А кредиты, выданные раньше под старые ставки, продолжали приносить банку ровно столько же, сколько и приносили.

В сухих цифрах это выглядит так: за полгода деньги подорожали для банков на 0,79 процентного пункта, а доходность кредитов подросла всего на 0,35. Разрыв съел больше, чем добавил. Ножницы сомкнулись.

Причина 2: государство подняло налог

Тут всё максимально прямолинейно. С 1 января 2026 года в Казахстане новый Налоговый кодекс. Обычный бизнес платит с прибыли 20%. А банки — 25%.

Повышенную ставку в 25% ввели ровно для двух категорий: банков и игорного бизнеса. Сравнение, конечно, говорящее — государство довольно ясно обозначило, как оно смотрит на источник банковских доходов.

Но самое интересное — исключение. Оно объясняет вообще всё, что дальше произошло с кредитами в стране.

То есть государство сказало банкам буквально следующее: будете зарабатывать на людях — отдадите нам четверть. Будете зарабатывать на бизнесе — отдадите пятую часть, как все. Идите и думайте.

Счёт пришёл быстро. За полугодие банки отдали налогами 273 млрд ₸ — на 11% больше, чем годом раньше. Для понимания порядка: вся прибыль сектора за это время — 1 196 млрд ₸.

Заодно НДС подняли с 12% до 16%. Банков он почти не касается напрямую, но бьёт по ним с другой стороны: цены в магазинах выросли, у людей осталось меньше свободных денег, платить по кредитам стало тяжелее. К этому мы ещё вернёмся.

Причина 3: люди стали хуже возвращать

Есть правило, которое многие не знают, а оно очень важное. Когда заёмщик перестаёт платить, банк не ждёт суда и не надеется на лучшее. Он обязан прямо сейчас отложить деньги — на случай, если долг не вернут вообще никогда.

Эти отложенные деньги называются резервами, и списываются они из прибыли. То есть один человек перестал платить по кредиту — банк тут же уменьшил свою прибыль на сумму его долга. Не потерял окончательно, но записал в минус заранее.

А теперь смотрите, что происходит в стране. Доля людей и компаний, которые не платят больше трёх месяцев, выросла с 3,1% до 4,1%. В деньгах это 1,8 триллиона тенге просроченных долгов.

Но меня в этом графике беспокоит не красная линия, а синяя. Просрочка растёт — это ожидаемо. А вот денег, отложенных под эти плохие долги, стало пропорционально меньше: было 67%, стало 60,7%. Подушка тоньше, а падать выше.

Почему перестали платить

Потому что назанимали слишком много. Вот три цифры, от которых становится не по себе.

Почти девять миллионов заёмщиков на двадцатимиллионную страну. По опросам, кредит есть у 72,7% казахстанцев, и примерно половина из них отдаёт больше половины дохода на погашение. Добавьте сюда подорожание из-за НДС — и удивляться росту просрочки не приходится.

И ещё одна пропорция, которая, по-моему, объясняет про нашу экономику больше, чем любые рассуждения. Население должно банкам 25 триллионов тенге. Весь бизнес страны — заводы, магазины, фермы, стройки — должен 18 триллионов. Банковская система кредитует потребление охотнее, чем производство. Именно это государство сейчас и пытается развернуть.

Причина 4: у банков отняли любимую игрушку

Беззалоговый потребкредит — это когда вам дают денег просто так, без квартиры и машины в залоге. Быстро, в приложении, на любые цели.

Для банка это был идеальный товар. Ставка под 30% годовых, срок короткий, спрос бесконечный, возиться с оценкой залога не надо. С 2021 по 2024 год этот бизнес рос примерно на треть каждый год.

Государство тормозило его четыре года подряд. И в 2026-м наконец дотормозило.

С 32% роста в год до 3,1%. Это не замедление, это остановка. Как именно её сделали:

Каждое правило по отдельности выглядит разумно. Вместе они перекрыли банкам кислород в самом доходном сегменте.

Куда банки понесли деньги вместо этого

Раз потребкредиты закрыли, а на кредитах бизнесу налог меньше — деньги поехали туда. И вот тут случилось самое интересное за всё полугодие.

Кредиты малому бизнесу выросли на 14%. А крупному бизнесу — упали на 8,9%. При том что годом раньше именно крупный бизнес был главным заёмщиком и рос на 27% в год. За полгода всё перевернулось с ног на голову.

Почему так — государство постаралось с двух сторон. Налог с кредитов бизнесу меньше, это раз. И регулятор вдвое снизил требования к запасу капитала под кредиты малому бизнесу, это два. Проще говоря: чтобы выдать миллион малому бизнесу, банку теперь надо держать вдвое меньше собственных денег в запасе, чем раньше. Кредит малому бизнесу стал банку дешевле, чем кредит человеку.

Кто просел, а кто нет

Минус 13% — это средняя температура. А внутри разброс такой, что говорить про «банки» одним словом уже не получается.

Сначала просто: кто сколько заработал за полгода.

Halyk и Kaspi видно невооружённым глазом. Но абсолютные суммы скрывают главное — кто на самом деле проседает. Вот тот же список, но в динамике к прошлому году.

Кому хорошо

Отбасы банк — плюс 35,5%. Единственный из крупных, кто вырос, и вырос сильно. Это государственный жилищный банк: люди годами копят у него на квартиру, а потом получают ипотеку под 3,5–5%. Заёмщик, который несколько лет доказывал свою дисциплину сбережениями, потом отлично платит. У Отбасы доля неплатящих — 0,1% при 4,2% по рынку. Это лучший показатель в стране, и он не про везение, а про модель.

Citibank Kazakhstan — плюс 17,8%. Мой любимый пример. Двенадцатое место в стране по размеру и шестое по прибыли: заработал 52 млрд ₸. У него нет ни отделений на каждом углу, ни рекламы, ни приложения с кэшбэком. Он вообще не работает с обычными людьми — только с крупными компаниями. Все новые ограничения касаются розницы, поэтому мимо него они просто прошли.

Halyk — минус 2,2%. Формально в минусе, но на фоне рынка это блестяще. Самый крупный банк страны заработал 463,6 млрд ₸ — почти 39% всей прибыли сектора в одиночку. Спасает размер и то, что у него много корпоративных клиентов, а не только розница.

Кому плохо

ForteBank — минус 29,5%. Худший результат среди крупных. Но тут дело не только в регулировании: банк переваривает покупку Home Credit у чехов. Когда сливаешь в себя банк, который занимался как раз потребкредитами, ты получаешь и его клиентов, и его проблемы. Доля плохих долгов у объединённой группы выросла с 5,1% до 7,4%, а доля рискованных потребкредитов в портфеле — с 24% до 39%. Акционеру пришлось в июне доложить в капитал 46 млрд ₸.

Банк ЦентрКредит — минус 22,4%. Третий банк страны. Процентные доходы у него выросли на 25%, но комиссии упали на треть, а расходы выросли на четверть. Отдельная деталь, которую я не могу не упомянуть: пока прибыль падала, вознаграждение руководству банка выросло на 36% — до 2 млрд ₸ за полугодие.

Kaspi — минус 14,5% у банка. Здесь надо быть аккуратным, потому что Kaspi — это две разные вещи. Есть банк, и он потерял 14,5%. А есть вся группа с маркетплейсом, платежами и турецким бизнесом — там выручка выросла на 23%, но прибыль осталась ровно на месте. Компания растёт всё быстрее, а зарабатывать больше перестала: деньги для неё подорожали с 13% до 14,5%, доля неплатящих выросла с 6,1% до 7%, и вдобавок она вкладывается в Турцию, где купила банк и маркетплейс.

Отдельная история: два банка, где всё сломалось

История Alatau City Bank стоит пояснения. Это бывший Jusan, который в 2025 году купил Вячеслав Ким — совладелец Kaspi. Банк когда-то получал государственную помощь, и в июле досрочно вернул её часть — 125,3 млрд ₸. Один июнь он закрыл с убытком в 39 млрд. Формально это провал, по факту — банк расплатился с государством и стал чище. Долг перед бюджетом снизился с 950 до 825 млрд ₸.

Все 23 банка одной таблицей

Если хочется посмотреть на всех сразу — вот полный список. Активы это, грубо говоря, размер банка.

Почему двое забирают всё

Вот цифра, которая, по-моему, объясняет казахстанский банкинг лучше всего остального в этой статье.

Halyk и Kaspi вместе — это 42% размера всей банковской системы. И 58% всей прибыли. Двое из двадцати трёх забирают больше половины заработка рынка.

И это не разовая история, а тренд, который тянется десятилетие. В 2016 году пятёрка крупнейших держала 58% рынка, сейчас — 69%. По кредитам ещё жёстче: 75,5%.

Практический вывод из этого простой и неприятный. Когда двое забирают больше половины, у остальных двадцати одного банка физически нет денег на то, чтобы с ними конкурировать: ни на кэшбэк, ни на разработку приложения, ни на ставки повыше. Чем выше концентрация, тем меньше у вас как у клиента выбора и тем хуже условия, которые вам предложат.

Вот это, на мой взгляд, и есть настоящая проблема — куда важнее падения прибыли на 13%. Банки прекрасно себя чувствуют по доходности, но их роль в экономике сжимается. Денег в стране много, а в дело они идут всё хуже.

Государство это видит и пытается чинить. С 2026 года действует новый закон о банках: теперь можно открыть небольшой банк с капиталом от 10 млрд ₸ и работать под упрощённым надзором — раньше порог входа был выше. Двенадцать микрофинансовых организаций уже заявили, что хотят стать банками. Получится ли раскачать конкуренцию — посмотрим, я пока настроен скептически.

Что это значит для тебя

Всё это звучит как новости для банкиров, но на обычную жизнь влияет вполне конкретно. Четыре вещи, которые я бы держал в голове.

Моё мнение

Если свести всё к одной мысли: банки Казахстана стали зарабатывать меньше не потому, что стали хуже работать. Им поменяли правила. И это принципиально другая история, чем кризис.

Посмотрите, что сделали за полтора года. Подняли ставку — деньги подорожали. Ввели повышенный налог с льготой на кредиты бизнесу — стало выгоднее кредитовать заводы, чем людей. Смягчили требования по кредитам малому бизнесу и ужесточили по рознице — то же самое, но с другой стороны. Обложили потребкредиты десятком ограничений — рост упал с 32% до 3%. Каждый шаг по отдельности разумный. Вместе они срезали сектору 13% прибыли.

И это, судя по всему, ровно то, чего добивались. Кредиты населению тормозят, кредиты бизнесу растут. С точки зрения экономики страны — правильное направление. Мне лично оно нравится: банк, который зарабатывает на заводе, полезнее банка, который зарабатывает на человеке в долговой яме.

Но у меня есть и тревога. Плохих долгов становится больше, а денег, отложенных под них, — меньше. Регулятор сам говорит, что резервов не хватает на сотни миллиардов. Пока на это смотрят сквозь пальцы, потому что прибыль всё ещё огромная и подушка есть. Вопрос, что будет, когда подушка кончится.

Про последнюю плитку скажу отдельно, потому что это единственное, что реально важно большинству читателей. Система крепкая. Запас капитала у банков примерно вдвое выше минимального, треть всех денег лежит в самой ликвидной форме, а фондируются банки вкладами своих же клиентов, а не заграничными займами. Международные агентства в 2026 году не только подтвердили рейтинг Казахстана, но и улучшили прогноз до позитивного. Падение прибыли на 13% — это про акционеров банков, а не про ваши деньги на счету.

Ближайшая дата, за которой стоит следить, — 4 сентября, когда Нацбанк снова решает по ставке. Снизят третий раз подряд — значит, в инфляцию поверили окончательно, и у банков появится шанс отыграть маржу к концу года. Оставят как есть — второе полугодие будет похоже на первое.

Все цифры отсюда лежат в открытом доступе: сводки АРРФР выходят каждый месяц, рейтинги банков обновляются на banker.kz, решения по ставке публикует Нацбанк. Мне на эту статью не понадобилось ни одной платной подписки — а про то, как быстро перемалывать такие массивы, у меня есть отдельный разбор.